P41
P42
p5090228
p8040302
p9220410
pamyatnik
sany5004
vokzal

Главная

Гвардейцы стояли насмерть К 70-летию подвига шести Героев-минеров

Multithumb found errors on this page:

There was a problem loading image images/%20-1.jpg

В сегодняшнем и последующих номерах «Руднянского голоса» мы публикуем материал бывшего учителя и Краеведа с большой буквы Сергея Федоровича Шаповалова, посвященный подвигу шести Героев-минеров, которому 12 мая этого года исполняется 70 лет.

b_0_0_0_00_images_P5120455.jpgВидимо, редко кому из руднян  не привелось побывать в красивейшем уголке нашего района – в старинном селе Микулино. Там, где нарядные холмы глядятся-купаются в озерной глади, где плакучие ивы склонились над живописной речкой, высится гранитный обелиск над могилой шести Героев Советского Союза, шести минеров.
Все дальше и дальше отодвигаются от нас события тех грозных дней, все меньше становится очевидцев этих событий, и только беспристрастные документы военных архивов да вечно живое печатное слово сохранят для потомков живую память о тех незабываемых днях.
Много разных историй рассказывается сейчас о действиях минеров во вражеском тылу, об их последней схватке с карателями и героической смерти.
Надо сказать, что и во многих публикациях, посвященных этому подвигу, появилось немало неточностей, а то и прямых искажений фактов. Поэтому надо особенно подробно и правдиво рассказать обо всем, что связано с боевыми действиями Героев-минеров, с историей их подвига. К счастью, большой краеведческий материал, собираемый автором в течение 22 лет совместно с учащимися Микулинской, а затем Рокотянской школ, позволяет нам сделать это.
На страницах газеты мне хочется рассказать, как велся наш долгий поиск.
Поиски и сомнения
Как почти всегда бывает в подобных случаях, на путь поиска привела нас случайная и совершенно неожиданная удача. 
21 августа 1964 года в газете «Смена» выступил научный работник облпартархива Л. Котов со статьей «Давайте начнем поиск». В этой статье он приводит донесение секретаря Руднянского подпольного райкома комсомола Зины Меркиной секретарю Смоленской области ВЛКСМ тов. Стырову, написанное Меркиной в сентябре 1942 года, после длительного пребывания ее во вражеском тылу на территории нашего района.
Зина сообщала: «До оккупации Руднянского района, когда я еще работала секретарем РК ВЛКСМ, мною, по согласованию с секретарем РК ВКП (б) тов. Елисеевым, было оставлено в районе для подпольной работы 12 человек. Люди подбирались тщательно, в строгой тайне. С каждым я беседовала. В настоящее время о судьбе и работе большинства из них мне известно следующее…» Далее идет перечень фамилий с краткой характеристикой каждого. И в их числе Рыбаков Владимир из д. Заозерье, который «до марта неплохо выполнял нелегальную работу. Когда стали преследовать, пришел в партизанский отряд».
Сообщение было настолько интересным, что мы с учащимися сразу же принялись за поиск подпольщиков-земляков.
И вот – первое письмо из Одессы. Владимир Маркович Рыбаков (которого нам помогла найти учительница А.Ф. Рыбакова) кратко сообщал о своей подпольной работе и боевых действиях в партизанском отряде. Но самым интересным в этом письме было упоминание о том, что ему длительное время привелось быть проводником у заброшенных во вражеский тыл разведчиков-минеров, что именно он был проводником группы старшего лейтенанта Николая Колосова, что лично хорошо знал Дмитрия Яблочкина, ныне Героя Советского Союза. Затем, по нашей просьбе, Рыбаков подробно описал события, очевидцем и участником которых ему довелось быть.
Рыбаков утверждал, что группа Колосова не была самостоятельной боевой единицей, а входила в состав отряда ст. лейтенанта Дубовицкого (примерно рота солдат, заброшенных во вражеский тыл в апреле 1943 года, и базировавшихся на партизанскую бригаду Стрелкова). Что первой пробой сил отряда Дубовицкого после приземления и явился как раз поход группы Колосова. Что состояла эта группа не из 7, а из 13 человек, причем тринадцатым был сам Рыбаков, а Яблочкин в группу не входил. Далее шло подробнейшее описание самого похода, рассказывалось о встрече с карателями, о том, как часть отряда вместе с Колосовым, попав во вражескую засаду, была окружена и погибла в неравном бою…
Все в этом рассказе выглядело вроде закономерно и правдиво, но он никак не увязывался с тем, что было известно раньше об этих событиях.
Спешить с выводами было нельзя. Надо было все еще и еще раз перепроверить.
 %20-1.jpg
Кто  подтвердит?
 
Подробные сообщения, присланные нам Рыбаковым, надо было обязательно подтвердить сведениями из других надежных источников.
– Кому, как не самому Дубовицкому, – думалось мне, – знать все подробности о боевых действиях отряда?! А обстоятельства гибели группы старшего лейтенанта Колосова мог хорошо осветить младший лейтенант медицинской службы Шарипов, который, по сведениям Рыбакова, принял на себя руководство оставшейся в живых семеркой солдат и даже пытался выполнить поставленную перед группой Колосова задачу. Но как найти Дубовицкого и Шарипова? Решено было обратиться в Главное Управление кадров Советской Армии. И вот ответ:
«Гвардии капитан Иван Абрамович Дубовицкий 1914 года рождения умер 9 сентября 1944 года. Установить местонахождение Шарипова только по одной фамилии… не удалось».
Тогда со своими сомнениями мы решили обратиться к Герою Советского Союза Дмитрию Михайловичу Яблочкину, который, будучи младшим командиром, сам руководил боевыми действиями одной из групп в отряде Дубовицкого, а после смерти ст. лейтенанта Колосова стал фактически заместителем командира отряда.
Найти героя оказалось несложно. Проживал он в  г. Бобров Воронежской области и, как только получил наше письмо, немедленно выехал в Одессу,  т.к. хорошо помнил Рыбакова и пожелал с ним встретиться.
«Эта встреча была такой, что ее трудно рассказать и описать», – благодарил юных следопытов Владимир Маркович Рыбаков.
Дмитрию Михайловичу Яблочкину была предоставлена путевка для отдыха в «России» – одном из лучших санаториев Одессы.
Фронтовых друзей пригласила Одесская телестудия, и они выступили перед телезрителями с воспоминаниями о грозных днях 1943 года, а областная газета «Черноморская коммуна» в статье «Смерти наперекор» подробно рассказала о боевых действиях солдат Дубовицкого. Обо всем этом нам сообщил после встречи Д.М. Яблочкин. Он же прислал некоторые уточнения к сведениям В.М. Рыбакова, а в целом – подтвердил эти сведения, в том числе и тот факт, что он, Яблочкин, в группу Колосова никогда не входил. И все же сомнения оставались, хотелось иметь документальные подтверждения тех сведений, что сообщили Рыбаков и Яблочкин. Нам опять повезло. Такие сведения нашлись.
4 марта 1956 года в газете «Рабочий путь» № 53 под рубрикой «Малоизвестные страницы войны» была опубликована статья: «В смоленском треугольнике». Ее автор, москвич Ф. Воскресенский, на основании данных армейских архивов, рассказывает, как накануне освобождения Смоленщины, весной 1943 года во вражеский тыл было заброшено значительное число разведывательно-диверсионных отрядов. Он подробно перечисляет эти отряды, называет командиров, указывает районы боевых действий. И в числе других отрядов здесь назван отряд гвардии старшего лейтенанта Дубовицкого. А далее, там, где автор рассказывает о боевых действиях этого отряда, сообщается: «При выполнении первой боевой задачи пали смертью героев шесть минеров-разведчиков и их командир Николай Колосов». Значит, прав Владимир Рыбаков: поход группы Колосова был именно первой пробой сил отряда Дубовицкого после его заброски во вражеский тыл.
Начало
Как же представляется нам теперь начальный период деятельности отряда Дубовицкого в свете изложенных выше фактов?
Отряд был заброшен в неприятельский тыл в конце апреля 1943 года. Местом его дислокации были касплянские леса, базой – партизанская бригада Стрелкова. Поход группы старшего лейтенанта Колосова был первой боевой операцией отряда после высадки. Группа благополучно достигла деревни Княжино нашего района, но здесь утром 11 мая 1943 года разведчики-минеры неожиданно встретились с фашистскими карателями. Оторваться и уйти от врагов группа не смогла, т.к. накануне ночью она совершила длительный переход и солдаты очень устали, кроме того минеры не захотели расставаться со своими заплечными мешками, набитыми взрывчаткой.
Целый день, словно гигантский невод, тянулась по лесу густая неприятельская цепь за горсткой советских солдат. Несколько раз разведчики вынуждены были прорываться напролом через хитроумно расставленные вражеские сети, и только короткая майская ночь прекратила на время эту бесконечную игру в прятки со смертью.
Назавтра, рано утром каратели во-зобновили преследование. Первый же прорыв минеров оказался неудачным. Наткнувшись на неприятельскую засаду, группа разделилась на две части.
Семерым прорвавшимся солдатам ввиду неотступного преследования врага пришлось искать убежища в ледяной воде местной речушки. Спрятав тол на берегу, они укрылись под нависшими над берегом кустами лозняка.
Шестеро попавших в окружение разведчиков во главе с Колосовым вступили в неравный бой с врагом. У них были лишь какие-то секунды для того, чтобы оглядеться, сориентироваться и подготовиться к обороне. Но для бывалых воинов и этого оказалось достаточно. Из-за отсутствия очевидцев мы не можем восстановить деталей этого боя. Но тот факт, что для обороны гвардейцы-минеры выбрали поросшую редколесьем, обеспечивающую хороший обзор-обстрел лесную высотку, что они, не имея совершенно времени для окапывания, а лишь умело применяясь к складкам местности, смогли несколько часов удерживать эту высотку, говорит о многом.
Бой был долгим и упорным. Его результаты видели многие старожилы, когда оккупанты машинами вывозили из Осиновского леса своих убитых и раненых.
Подвиг шести разведчиков-минеров велик и прекрасен в своей простоте, он не нуждается ни в каких домыслах и прикрасах. Советские солдаты, которым и было -то всего по 19-20 лет (командиру 24 года), с честью до конца исполнили свой воинский долг перед Родиной: умерли, но не сдались, заставив дорого заплатить врага за свои молодые жизни.
Шестеро минеров погибли, но оставшиеся в живых их товарищи во главе с Дубовицким успешно продолжили дело, начатое во вражеском тылу группой Колосова. И, видимо, неспроста народная молва все то, что сделано отрядом И.А. Дубовицкого, приписывала Героям-минерам. Ведь начинали-то они, они были первыми!
Дубовицкий действует
После гибели шестерых  минеров, оставшиеся в живых семеро наших разведчиков пытались своими силами выполнить задание командования: пробраться к железной дороге и произвести диверсию. Но и эта попытка была неудачной: местность вокруг буквально кишела карателями. Только на пятые сутки трое оставшихся в живых: Шарипов, Мугорямов и проводник Рыбаков вернулись на базу.
А вскоре каратели добрались и до партизанской базы. Отряду Дубовицкого пришлось спешно отойти, и, оторвавшись от противника, оборудовать стоянку на новом месте.
Первые неудачи не обескуражили гвардейцев. Разбившись на более мелкие, маневренные и малозаметные группы, они упорно ищут подступов к железной дороге. И вот – первая удача: 16 мая группе старшего сержанта Яблочкина, состоящей из 4 минеров, удается произвести первый взрыв. Далее взрывы гремели почти каждый день. Тщетно метались каратели вдоль полотна железной дороги, без конца прочесывали прилегающие к дороге леса – взрывы не прекращались.
В районе ст. Лиозно в одиночку действовал рядовой  Михаил Лифшиц. По имеющимся у нас сведениям он был местный уроженец, хорошо знал окрестности, и это обеспечило успех его операции. На перегоне Выдрея – Крынки произвел несколько успешных операций со своей группой сержант Павел  Голубев… В конце мая – начале июня 1943 года участок дороги на перегоне Рудня-Витебск оказался парализованным. Командир отряда Иван Дубовицкий доносил по рации на Большую Землю: «Подорвано 58 вагонов, 8 орудий, уничтожено 580 гитлеровцев…».
Гвардейцы-минеры не только вели успешные диверсионные операции, но и собрали ценные разведывательные данные. Они обнаружили тщательно замаскированный запасной оборонительный рубеж, который был приготовлен противником на случай отступления, а также склады боеприпасов и полевой аэродром. Особенно отличился в разведке старший сержант Яблочкин – человек огромной физической силы, выдержки и смекалки. Успешные действия партизанских отрядов и разведывательно-диверсионных групп на северо-западе нашей области заставили немецко-фашистское командование предпринять еще одну (более крупную!) карательную операцию. 
16 июня 1943 года более 30 тысяч фашистских солдат с артиллерией и минометами оцепили этот лесистый район и стали сжимать кольцо. Большинство посланных на задание групп вернулись на свою базу. Отряд Дубовицкого готовился дать решительный бой. И когда каратели пожаловали на базу, они получили достойный отпор. Но силы были слишком неравны. Расстреляв все патроны, разведчики в рукопашную прорывались сквозь вражеское кольцо. В том бою они потеряли еще шестерых своих товарищей, лишились связи с Большой Землей, т.к. в числе убитых был радист Хватик. И в этом бою опять отличился Дмитрий Яблочкин. Около десятка вражеских солдат уничтожил он в рукопашной схватке, но и сам, тяжело раненный двумя пулями навылет, рухнул на поле боя.
 
b_0_0_0_00_images_193.jpg
 
Бессмертный Яблочкин
Овладев лагерем, каратели стали добивать наших раненых солдат. Вражеская пуля, попав в голову Яблочкина, скользнула по черепу. Солдат, хотя и притворялся мертвым, невольно вздрогнул. И тут окованный железом приклад обрушился на голову богатыря. Дмитрий потерял сознание и уже не слышал, как ему нанесли еще несколько колотых ран, как вместе с клочьями гимнастерки сорвали с груди гвардейский значок и орден Красной Звезды.
– В себя пришел уже перед рассветом от страшного озноба, – вспоминает Дмитрий Михайлович. – Где-то гремел бой, и я пополз на звуки боя…
Тяжелораненый, полураздетый, более двух суток полз наш солдат по болотистому лесу. К горящим ранам прикладывал прохладный болотный мох, жажду и голод утолял древесными листьями. Несколько раз на него натыкались рыскавшие окрест гитлеровские головорезы, но ни одним движением, ни одним стоном он себя не выдал. И опять повезло солдату. Владимир Рыбаков и еще двое минеров, следовавших в дозор, случайно наткнулись на вконец обессилевшего Дмитрия Яблочкина.
«Я этой картины и сейчас не могу вспомнить без содрогания, – рассказывает Владимир Рыбаков. – Все тело Яблочкина представляло сплошную рану. На голове колтун из волос и спекшейся крови. Старшина медицинской службы Лена Васько стала тут же обрабатывать раны, а Дмитрий Михайлович спекшимися губами шептал нам о пережитом, и слезы сами собой струились из глаз великана…». Яблочкин был среди своих, но какие еще новые испытания пришлось пережить ему и его товарищам!
Узнав, что каратели покинули захваченный партизанский лагерь, разведчики решили похоронить своих товарищей, павших в бою при защите лагеря.
Группу возглавила Лена Васько. Однако лагерь и трупы наших солдат враг коварно заминировал. Фашисты знали: русские не оставят своих даже мертвых, обязательно вернутся сюда, чтобы отдать последний долг павшим товарищам.
Первой подорвалась шедшая впереди Лена Васько. Она отлично знала свое медицинское дело, но была менее сведуща в обращении с вражескими минами. Был ранен шедший следом за Леной солдат Сулеймулин. При попытке обезвредить мину «с сюрпризом» был тяжело ранен опытный минер Подчупов: ему оторвало кисти рук. На звуки взрывов опять являлись каратели. Дубовицкий приказал соорудить трое носилок и, положив раненых, спешно отходить.
«Народ был очень уставший, очень трудно было голодным людям нести носилки, – рассказывает Д.М. Яблочкин. – Я предложил спрятать нас поодиночке, предварительно зарыв в болотный мох…
Мне немец наступил на ноги, но не обнаружил, а Подчупова нашли и пристрелили…». 
Двое суток Дубовицкий кружил по болоту, стараясь не уходить далеко от оставленных раненых товарищей. И вот они снова вместе. Но преследование продолжается. Вокруг рыщут каратели, а в поредевшем отряде ни пищи, ни патронов, ни медикаментов. Даже связь с Большой Землей потеряна!
На крошечном болотном «островке» (небольшом возвышении, густо поросшем кустарником) затаились солдаты Дубовицкого. Иногда им приходилось покидать и это убежище, предварительно хорошо укрыв раненых товарищей.
Гвардейцы упорно искали связей с соседними отрядами и партизанами, верили: им обязательно помогут. И помощь пришла 23 августа. 11 оставшихся в живых солдат вместе с командиром были вывезены самолетом на Большую Землю.
«Таким образом, – завершает свой рассказ Д.М. Яблочкин, – я пролежал в болотах два с половиной месяца с 9 ранами безо всякой медицинской помощи. Когда прилетел в свою воинскую часть, меня осмотрели. Раны все зажили, была только слабость в ногах. И меня отправили домой…».
Но недолгим был солдатский отпуск. Вскоре Дмитрий Михайлович опять в строю. Ему присваивают офицерское звание, он командует взводом в роте гвардии капитана Дубовицкого. И опять бой, опять тяжелое ранение… После войны Герой Советского Союза Д.М. Яблочкин еще долго был солдатом трудового фронта, работал мастером паркетного цеха. Не сдавался русский богатырь! И только в последние годы он ушел на пенсию.
 
Наш поиск еще не завершен. Еще не найдены все 11 солдат, вывезенных вместе с Яблочкиным на Большую Землю в августе 1943 года. Еще не найдены домашние адреса всех тех, кто героически сражался под командованием Дубовицкого и покоится на нашей смоленской земле. А это наш долг,  долг оставшихся в живых. Это надо сделать для того, чтобы рассказать родителям Лены Васько, какая у них была замечательная дочь, чтобы знали родные и близкие правду, чтобы гордились наши потомки подвигами отцов и дедов.
С.Ф. ШАПОВАЛОВ,
 «Заветы Ильича», 1973 год